Мельников Никита - Поэты Приамурья

Перейти к контенту

Мельников Никита

Поэзия Амурчан > Л-М
У Амура думается и дышится легко
Никита Квер из города Благовещенск

странный город

твои ладони леденеют от холода,
твое сердце сгорает в ночи,
все, что остается от странного города
- это ты.

твои губы истерзаны голодом,
и закрыты кругом порты,
и на пристани в старом городе
- только ты.

моя жизнь - из хмеля и солода,
под балконом кричат коты,
все, что нужно мне в этом городе
- это ты.


море

я смотрю,
как люди держатся за руки;
они как фонарики,
рассеивающие тьму.

люди целуются,
а я закрываю глаза -
кружится голова,
море во мне волнуется.



Жуть

Господи, сколько можно еще мучиться и страдать?
Как нам долго одним согревать постель?
Может стоит и вовсе ее продать?
И лежать на снегу, обнимая метель.

Господи, сколько раз мне сказать "подожду"?
Сколько пить одному, сидя, чай?
Я молюсь ежедневно тебе и дождю:
Пусть звонит и кричит: Ну! Встречай!

Господи, сколько будут мчаться чужие маршрутки?
Сколько стуков ненужных, сколько звонков?
Боже... Мне уже жутко,
И эта жуть добралась до позвонков.


из сосудов

и любовь вытекает бурно,
из сосудов - в сырой песок,
я любил как-то даже дурно,
что у горла вставал комок.

и любовь вытекает беспечно
из сосудов - я весь промок,
я бы чувствовал что-то вечно,
но и вечность - срок.


И по пятам

Я здесь, ты там.
Здесь день, там ночь.
А встреча всё уходит прочь.
И по пятам, и по пятам.
Ночь на утро, день на вечер.
Но когда тебя я встречу?

Я где-то здесь, ты где-то там.
Я прошепчу, ты закричишь.
Мой котенок, твой малыш.
И по пятам, и по пятам.
Ночь на утро, день на вечер.
Но когда тебя я встречу?

Мы где-то здесь, а может там,
Надеюсь, встретимся однажды,
Приглушая пламя жажды.
За тебя я всё отдам.
Ночь на утро, день на вечер.
Сердца горят и гаснут свечи.

И по пятам, и по пятам.
Кусочек счастья есть у всех.
Ищите здесь, ищите там.
Определенно ждет успех.
Ключ найдется к каждой дверце.
Найдете то, что нужно сердцу.


осеннее
это слишком тяжело - любить.
гвозди в пол мимо пальцев легче забить
или же пешехода сбить.
тут только траву курить,
чтобы забыть тебя на секунду.

любить, да кто мы, чтобы лезть в этом дело?
а в голове лишь одна пластинка - заела,
ты и вся тема, что крутится вокруг,
ты - я, ты - мой друг,
а может спасательный круг,
любимый звук,
вкус или...

не хватает слов, чтобы выразить свое состояние,
а провода искрят, когда ты в грудине,
нас явно ожидает наказание,
за любовь, что неправильная:
мы окажемся в льдине,
замороженными сердцами.

купи мне мороженного,
только, пожалуйста, не пломбир.

а на улицах все уже кожаные,
и ты один среди них, рыба - fish, пиво - Bier.
а может в кино на самую грустную драму?
я хочу разревется на пару минут,
без ответа, без слов... выпить Brama,
а потом закурить, затянуться, как жгут.

или проще: меня обними,
я сломаюсь, сегодня я - спичка.
а ты просто меня собери,
и все дальше будет отлично.


есть одна парочка

есть одна парочка, живущая в разных столицах,
любящих не по словам. и в их лицах
есть что-то необычно-дурманящее, как в опиумных палках.
он пишет ей письма, и каждое ровно на семь страниц,
восьмую оставляет ей для рисунков, но она и под алко,
и под одиночество двух столиц
не берется за карандаш,
восемь - это число, которое в ее сердце искрится,
и в мейле светится такими же, но тремя,
он молодой политкорректный алкаш,
она такая же, пьет портвейн ото дня до ремня,
и не пишет письма в ответ, никогда,
а только читает их, шагая по городу босоного,
оправдываясь: для меня его попросту много,
как и в бокале моем - вина.


Цветаевым

"I am!"
катилось шестеренкой
по русской
чуть живой стране
А., М.
Цветаевы сестренки,
по будням,
где-то в стороне,
вновь встретившись, смеются,
зачитывают радость наизусть.
и волосы как будто не секутся,
как будто смерть сказала:
ну и пусть.


Энн

Она прекрасна, понял сразу,
Как только начали писать
Друг другу
Избитые устами фразы,
Их не хотелось забывать,
Не каждый день найдешь таких людей,
А уж тем более подругу,
Умеющую быть одной,
Единственной,
Среди бесчисленных друзей.

Она красива, словно птица,
А жаркий пыл в ее глазах
Напоминает мне огонь, горящий в январе в стенах.
Сгорает, чтобы заново родиться,
Она и феникс, и жар-птица.
Талантлива и безупречна,
Казалось бы, что она вечна.



Назад к содержимому